Звукорежиссер — человек, который всегда за сценой, но благодаря которому зрители имеют возможность корректно слышать любимые песни в исполнении любимого артиста. Среднестатистический слушатель мало что знает о звукорежиссерах популярных артистов. Именно поэтому мы решили пообщаться с Валентином Барыбиным, у которого за плечами многолетний опыт работы не только с украинскими, но и с мировыми звездами, о том, какие казусы происходят в работе человека закулисья и как профессионалы умеют выходить из ситуации, когда та или иная площадка не предназначена для качественного воспроизведения звука.

Сейчас вы — успешный звукорежиссер, когда поняли, что вам интересна эта сфера?

С детства я занимался музыкой, играл на ударных. Это породило любовь к музыке с ранних лет. А в 2005-м году я впервые попал на живой концерт в роли технического персонала и увидел как всё устроено, и работает изнутри. Это полностью изменило мою жизнь. Мне стало интересно изучить принципы и тонкости работы всех используемых инструментов и аппаратуры, ведь масштаб это уже посерьёзней, чем кружок по музыке в местном дворце пионеров. Так и понеслось, чем больше я работаю, тем больше меня это увлекает и нравится .

Вы работали в шоу «Голос країни» и вам приходилось работать с такими именитыми артистами как Руслана, Александр Пономарев, Святослав Вакарчук, Ани Лорак, Тина Кароль. С кем из них сложнее было в профессиональном плане?

Это исполнители высшего класса и они всегда держат марку на уровне. Они имеют колоссальный опыт живых выступлений. Поэтому с ними работать одно удовольствие, так как все задачи строго разделены между многочисленными работниками личной команды и техническим персоналом «Голоса країни», и все реагируют моментально. Также технические требования и тонкости выступления всегда оглашены и утверждены заранее, что сводит шансы на осложнения или фиаско к нулю. А вот участники — это совсем другая история. «Голос країни» — это проект, где в основном участвуют люди с небольшим опытом выступлений на сцене, и все трудности моей работы в основном заключаются в быстрой адаптации к тому или иному конкурсанту, а также в мгновенной реакции на события на сцене.
Хотя без казусов не обходится, в начале съемок очередного сезона один из судей (опустим личности) воспользовался статусом на проекте и потребовал заменить все радиомикрофоны на идентичные тем что используют на проекте «Голос» в Москве. Пришлось быстро выполнять каприз.

Наверняка вы работали и с другими артистами, есть ли отличия в работе между украинскими артистами и международными? Каким для вас был подобный опыт?

Знание английского меня по жизни выручает, и работа — не исключение. Главное отличие — язык. Заграничные артисты присылают технические требования на узкоспециализированном английском, меня приглашают в качестве эксперта переводить райдер, составить адекватную техническую спецификацию и адаптировать это всё для украинских продакшн-компаний. Благодаря английскому и высокой квалификации в живом звуке работаю непосредственно на самом мероприятии с мировыми звездами в роли продакшн-менеджера или главного аудиоинженера. Опыт таких работ вызывает лишь положительные эмоции. Артисты мирового уровня помогают, в первую очередь, развиваться мне как специалисту. Их требовательность к деталям очень высока. Успешное завершение каждого из таких шоу дает ощущение востребованности в нашей индустрии.
Хотя иногда случаются приятные неожиданности. В один совсем обычный выезд на мероприятие в Киеве, на саундчек пришел волосатый молодой человек, говоривший на английском. Мы быстро нашли общий язык и мне удалось скоординировать действия моей команды для достижения комфортных условий выступления артиста. К моему удивлению, после начала саундчека, я быстро осознал, что это оказывается Modjo, автор и исполнитель интернационального хита Lady (Hear me tonight). Вот такая история знакомства.

В 2013 году, вы работали с группой «Друга ріка», когда они выступали на Майдане в период революционных событий. Какие эмоции лично вас как звукорежиссера переполняли во время работы перед стотысячной публикой в столь непростое время для страны?

Да, было дело. Мы играли там два раза. Вся группа и персонал просто знали, что надо. Всех тогда переполняли эмоции, но никогда не хотелось никакой мести или крови. Просто работали там, чтобы обратить беззаконие и сделать нашу страну лучше. Людям, которые стояли на майдане не один месяц нужна была поддержка, и я думаю «Друга ріка» её дала.

Также вы работали над записью синглов группы «Друга ріка». Расскажите о студийной работе. Какие сложности обычно возникают?

Самое сложное в рок группе — записать барабаны, именно так, как задумано артистом. Выбор установки, комбинация тарелок, пробы различных малых барабанов в миксе — все это занимает много времени. В добавок барабанная установка снимается множеством микрофонов и склеивать запись в стиле рок — тяжело, нужно уметь писать с одного дубля.
Часто в финальную версию песни попадает импровизация отдельного инструмента и моя главная задача вовремя записать этот важный момент. Пока получается.

Что вас больше вдохновляет — работа в студии или на open-air?

Представьте себе аудиторию в 60 тысяч человек. Эту мощь, энергию и драйв публики. Эмоции просто зашкаливают. Я говорю сейчас о фестивале Best City UA, где мы выступали. Огромная ответственность чувствуется, ведь колоссальное количество вещей и успех всего шоу зависит от моих решений, реакций и действий.
Страсть и энергия помогают мне становится лучше в том, что я делаю.
Поэтому концерты явно веселее, чем технический этап записи песен. Но порой после туров и затяжных гастролей охота изменить тип деятельности на студийный, так как он более спокойный. Всему свое место и время. А муза приходит сама, и порой когда совсем не ждешь. Вот Валера Харчишин слова к одной известной композиции сочинил в уборной (прим.авт. — смеется) и нормально, успешный хит.

Говорят, что звукорежиссер — одна из ключевых фигур на концерте любого артиста. Сколько времени вам нужно, чтобы понять тонкости голоса артиста и другие технические моменты, чтобы в итоге в зале был идеальный звук?

Концерт — это работа в первую очередь многих специалистов, и заслуги не стоит приписывать одному человеку. Если все департаменты работают слажено и по согласованному плану, нет отклонений от райдеров, то всё довольно просто и в итоге артист звучит на отлично. В моей профессии необходим не только лишь талант слуха, но и знания — какие инструменты применить в какой момент доя достижения нужного эффекта. Также координация команды и правильная постановка задач — дает быстрый результат всего процесса, эти навыки приходят с опытом. Я лично с артистами нахожу общий язык быстро, ведь я работаю для них, а не наоборот. После согласования деталей шоу со звездой, для уже детальной отстройки всевозможных параметров заранее планируются и проводятся саундчеки перед выступлениями. Это и позволяет добиться звука близкого к «пластинкe», и в итоге на всё мне нужно пару часов. А как «воевать» с плохой акустикой залов или с несоответствующим оборудованием мы тут говорить не будем — книгу можно написать. Выход есть из любой ситуации, на то мы и профессионалы своего дела.